Президент России Владимир Путин в новогоднем обращении отметил, что успех государства зависит от эффективного труда и достижений каждого из нас. Благодаря работе граждан в стране функционируют больницы и школы, исполняется служебный и воинский долг, охраняются границы, обеспечивается безопасность на суше, в море и в воздухе. По сути, каждый из нас – одна из миллионов шестерёнок, общими усилиями которых вращается гигантский механизм под названием Россия.
Сколько людей трудится на промышленных предприятиях, в образовательных учреждениях и больничных комплексах Севастополя? Чем и как живут горожане, которые каждый день выполняют служебные обязанности социальной значимости? ForPost посвящает специальный проект простым и в тоже время удивительным людям, преданно служащим своей профессии как делу всей жизни. Итак, чем пахнут ремёсла? Профессия людей, которым отводится первый материал проекта, ассоциируется с риском, служением и постоянным состоянием боевой готовности. Начиная рабочий день, они не могут сказать наверняка, куда их занесёт случай и каким обстоятельствам будет брошен вызов. В числе их профессиональных инструментов: несколько сотен метров верёвки, страховочные петли и связка карабинов. Он – спасатель, его девиз: «За жизнь!» Игорь Жемков работает спасателем 35 лет, сейчас он возглавляет отделение поисково-спасательных работ в Севастополе, а его должность едва умещается в три строчки печатного текста: начальник отделения поисково-спасательных работ аварийно-спасательной части федерального государственного казённого учреждения «Специализированный отряд главного управления МЧС России по Севастополю». Наша встреча с Игорем Леонидовичем состоялась на базе его ведомства – в доме № 121а по улице Жидилова. Здесь изо дня в день группа спасателей из двух-трёх человек несёт вахту в полной готовности отправиться в неизвестность для спасения человека, оказавшегося в беде. Игорь Жемков стал спасателем в 1981 году. Тогда главной его задачей было обеспечение безопасности туристов, которые планово приезжали на Крымский полуостров в трёх-четырёхдневные походы. Тогда, по словам Жемкова, туристов распределяли по группам, к каждой прикрепляли инструктора для похода по одному из популярных маршрутов. Например, группа отдыхающих направлялась из турбазы «Орлиный залёт» через Скельскую поляну и Карадагский лес к Байдарскому перевалу со стоянкой вблизи скал Ласпи. Отряд спасателей при Крымском областном совете по туризму и экскурсиям должен был обеспечить безопасность путешественников. «Перед началом туристического сезона мы занимались маркировкой маршрута, очищали его от поваленных деревьев и прочих неудобств. Далее представители областного совета по туризму устанавливали туристические приюты: ставили палатки и разжигали костёр. За всем этим круглосуточно присматривали специально назначенные люди – смотрители приюта», – сказал Игорь Леонидович. По его словам, у каждого смотрителя была радиостанция, по которой он передавал сведения спасателям о числе прибывших туристов: «Мы постоянно держали руку на пульсе, потому что среди туристов были неподготовленные к походам люди, которые при спуске с гор позволяли себе распитие алкогольных напитков. Тогда как наша задача – уберечь человека от всевозможных угроз здоровью и жизни», – отметил Игорь Леонидович. Он рассказал, что при таком контроле со стороны спасателей неприятности для туристов были минимизированы. Самый страшный случай из давних вахт в лесу, вспоминает Жемков, – это исчезновение одного из туристов, самостоятельно отправившегося смотреть район Большого каньона: «Мы тогда развернули полномасштабные поиски, к которым были привлечены все отряды крымской контрольно-спасательной службы, специалисты-кинологи. Мы при полной экипировке искали человека в течение полутора недель, но всё оказалось без результата – он исчез…». «Спасали детей, которые родителям не были нужны» Игорь Леонидович замолчал и опустил глаза в пол. На вопрос о самых экстремальных условиях работы, он отвечал тихо, будто перебирая картинки былого. Жемков рассказал, как в 1988 году он вместе со спасателями крымской контрольно-спасательной службы двумя бортами улетел в Армению, где тогда случилось страшное землетрясение. Всю команду разделили на две подгруппы, которые с разницей в 15 минут улетели разными самолётами. Первые ребята высадились в городе Спитак, вторые – в Ленинакане. После приезда спасателей из Крыма в Ленинакан была налажена радиосвязь – и город получил связь со всем миром. «Нас привезли поздно вечером, туда ехало множество энтузиастов по душевному порыву, однако они в первую очередь спрашивали: где жить и что есть? Мы приехали полностью на собственном обеспечении, оставили трёх человек устанавливать лагерь. И через 40 минут после приезда мы сформировали четыре группы для ухода в ночь, – продолжил Игорь Жемков. – Самое впечатляющее – руины детского дома. Восточные семьи – многодетные, но мы спасали детей, которые родителям не были нужны. В Спитаке живых не было, а в Ленинакане наши ребята достали порядка 18 человек живых». К воспоминаниях подключился коллега Игоря Леонидовича, спасатель во втором поколении альпинист Семён Шилов. Он рассказал историю о спасении в 2006 году туриста из Англии, приехавшего фотографировать пейзажи Балаклавы. «Англичанин спустился по тропе, а подняться не смог, потому что осыпные склоны. Он встал у дерева на небольшой площадке, начало смеркаться. А вечером со стороны моря подошёл грозовой фронт, и лупило так, что начались грязевые потоки», – подчеркнул Шилов. Тогда, сказали спасатели, они, припарковав машину в виноградниках из-за боязни увязнуть по пути, отправились на поиски туриста. Лазили по всем склонам и на одном из них нашли англичанина, промокшего и испуганного до дрожи, и вернули его в «цивилизацию». «Мы рискуем, помогая, и это доставляет моральное удовольствие» Спасатели говорят, что главное в их работе – самоотдача: «Кто-то мудрый сказал: если хочешь быть счастливым, совмести работу со своим хобби. Это как раз наш случай. Понимаете, бывших альпинистов, скалолазов, спелеологов не бывает, это образ жизни. Мы рискуем, но помогаем братьям по духу, и это доставляет моральное удовольствие», – отметил Семён Шилов. Игорь Жемков признался, что Семён на следующий день после суточной вахты рвётся на альпинистские восхождения, тренироваться на скалах, кататься на горных лыжах. А как иначе, ведь знать наверняка, куда тебя забросит случай на следующем дежурстве, не приходится. Жемков и сам прошёл Крымский полуостров вдоль и поперёк, за многие годы работы выучил не только маршруты, но и примечательные места, которые при определённых случаях служат ориентиром. «Однажды нам позвонила женщина, которая заблудилась в лесу, и задала сакраментальный вопрос: «Где я?». Выяснив их маршрут, я сориентировал туристку по солнцу, указал направление движения и мысленно обозначил для себя время – четверть часа. Ошибся не намного, женщина позвонила через полчаса и сообщила, что вышла к Красному камню и уже сама может сориентироваться по месту», – вспомнил Игорь Леонидович. Семён говорит, что профессионализм Жемкова дорогого стоит: «Наш командир вывел человека из лесу по телефону! А это мог быть реальный вызов в полной боевой готовности, когда отряд спасателей прочёсывал бы местность в поисках человека. Мы одна команда и работаем сообща, поэтому когда ставится вопрос о приходе нового сотрудника в наш коллектив, мы просим руководство принимать совместное с нами решение». По словам Шилова, текучка в коллективе из 11 человек – небольшая. С 2006 года в команду пришли три человека, потому что прошлые сотрудники больше не смогли работать по личным, объективным, обстоятельствам. Спасатели подчеркнули, что служба сплачивает их, сотрудники давно уже стали друзьями: «Это проверенные, надёжные люди. Как может быть иначе, если тебя твой товарищ удерживает на верёвке, а ты спускаешься по скале? Без доверия в этой работе не обойтись!». «Мы должны быть универсалами!» Сегодня, продолжили спасатели, самая сильная для них головная боль – скальные участки мыса Фиолент: «Огромное количество народа хочет отдохнуть и позволяет себе, спускаясь по горным тропам, распитие алкогольных напитков. Приезжие купаются в незнакомом месте, в итоге получают компрессионный перелом шейного отдела позвоночника, а нам нужно поднять пострадавшего к скорой помощи». Игорь Жемков и Семён Шилов показали рабочие инструменты, среди них 500–600 метров верёвки, спусковые устройства, верёвочная лебёдка, страховочные петли, связка карабинов. «Этот мешок мы берём во всех случаях. Здесь приспособления, чтобы задержаться на верёвке, своеобразная страховка. Мы закрепляем верёвку в зависимости от местности: это могут быть деревья, в наиболее экстренных случаях – автомобиль. Когда нужно поднять человека, то два-три спасателя спускаются вниз с носилками, это приспособление раскладывается. Специальными креплениями фиксируем человека и сопровождаем носилки. В зависимости от скального рельефа корректируем ход носилок руками, отталкиваясь ногами от скалы», – рассказали спасатели. На их спаспункте, где проходит вахта в полной боевой готовности, находятся «тревожные рюкзаки». В них – личные вещи и снаряжение, подогнанное под индивидуальные размеры спасателей. Такие рюкзаки нужны при экстренных вызовах. Не обходится на столь ответственной и опасной службе без юмора, на каждом одинаковом с виду рюкзаке есть детские нашивки – паровозики, лунтики и другие герои мультфильмов. Так спасатели отличают свои рюкзаки от рюкзаков коллег. Суточная вахта спасателей начинается в восемь часов утра. В это время проходит развод дежурной смены или, по-другому, «общий сбор» всех групп, специализирующихся на проведении водолазных работ, подводному разминированию и прочих видах чрезвычайных происшествий. В начале дежурства спасатели определяют план мероприятий на предстоящую службу – здесь и физические тренировки, и подготовка снаряжения, и работа с документами. «Если раньше у нас была узкая специализация – мы занимались поиском людей в горной зоне и труднодоступных местах, то сейчас мы должны быть универсалами. Мы этому постоянно учимся, например, работе с гидроинструментом при дорожно-транспортных происшествиях, изучаем азы водолазного дела», – пояснил Игорь Жемков. Хотя, по его мнению, стремление к универсализму приводит к потере узкоспециализированных навыков: «Моё личное мнение: универсальность приводит к потере качеств. Трудно быть специалистом во всём – проводить демеркуризацию ртути, устранять разлив аммиака, выезжать на сложные ДТП. Мы, конечно, пытаемся учиться всему, благо, сейчас в основном нас привлекают к спасательным работам в горной местности». Спасатели сказали, что частота вызовов – дело непредсказуемое. Есть дни, когда, к счастью, обходится без происшествий, а бывает наоборот – настают красные и чёрные дни календаря. Красными специалисты обозначили дни месяца, когда из года в год случается одно чрезвычайное происшествие, а чёрными – когда выезжать на спасение людей приходится несколько раз. Свои достижения, а это каждая спасённая жизнь, коллектив спасателей обозначил звёздочками из оракала, которые наклеивают на служебный автомобиль. Сейчас, после обновления материально-технической базы и автопарка, традицию упустили из виду. «Что тут скажешь, когда твоя профессия – это диагноз!» Эти люди живут в постоянном состоянии боевой готовности. Игорь Жемков признаётся, что к этому привык, хотя телефонные звонки во внерабочее время, когда в любой момент могут вызвать на службу, вызывают напряжение до сих пор. Спасатели считают, что работать во имя спасения – это важная миссия и образ жизни. Жемков вспомнил о случае, когда в один из свободных вечеров супруга пригласила его в театр: «Я задал ей вопрос: в чём идти, в горных ботинках или кроссовках?». Оказалось, что другой обуви в гардеробе у него нет. «Я даже машину себе купил внедорожник SUZUKI. Спрашивается, зачем такой аппарат? Да всё для того, чтобы можно было как можно дальше уехать в горы! Что тут скажешь, когда твоя профессия – это диагноз!» – с улыбкой сказал Игорь Леонидович. Елена Журавлёва
