112 лет со дня рождения Александра Хамадана – человека, который бок о бок стоял с защитниками во время Второй Героической Обороны Севастополя. Будучи корреспондентом ТАСС и Радиокомитета, Александр Файнгар – именно так звучит настоящая фамилия публициста – передавал информацию прямо из эпицентра событий. О храбрости, верности гражданскому и профессиональному долгу советского журналиста, публициста Александра Хамадана – смотрите в нашем сюжете.
Ли Дан, Александр Файнгар и, наконец, Александр Хамадан – за разнообразностью подписей публицистических материалов стоит рука одного человека, который прожил, кажется, несколько жизней за свою недолгую. Переезды из города в город для юного Александра были привычны, поскольку постоянно оставаться в родном Дербенте семья еврея попросту не могла из-за процветающих антисемитских настроений.
ИРИНА АГИШЕВА, заведующая сектором Великой Отечественной войны Музея обороны Севастополя: «Он жил и в Ленинграде вместе со своей семьёй. И в Баку, и в Астрахани. И кем он только не работал. Он был и акробатом в цирке, и чистил пароходные трубы в Самаре, и подрабатывал линотипистом в одной из газет»
Однако путешествовал Хамадан не только в границах советских республик. В 1920-х Александр Моисеевич отправляется в Германию, где остаётся верен своим революционным взглядам, которые он внимал, ещё будучи мальчишкой. За работу в Коммунистическом интернационале молодёжи Александра Хамадана высылают из страны, жестоко избив.
ИРИНА АГИШЕВА, заведующая сектором Великой Отечественной войны Музея обороны Севастополя: «А затем по направлению ЦК ВЛКСМ отправляется в Таджикистан, где работает по борьбе с басмачеством. И, собственно говоря, так же точно по линии комсомола. И именно там, в Таджикистане, вероятно, и проявляются первые его способности, как журналиста, документалиста. Ну, нельзя сказать сразу, что писателя, но, тем не менее, вот эти начатки его будущей работы проявились именно в Таджикистане»
Приехав в Китай, Хамадан молодым юношей начинает писать книги, в которых рассказывает об экономике Японии и войне в Поднебесной. Подписывается «Ли Дан» – именно так звучало его имя в китайском городе Харбине.
ИРИНА АГИШЕВА, заведующая сектором Великой Отечественной войны Музея обороны Севастополя: «После Китая он уезжает на определённое время в командировку в Америку. И сборник репортажей выпускает после этого. Кстати, в фондах нашего музея есть, пусть, в общем-то, она не очень информативная, но, тем не менее, из того отеля, где он жил, на Седьмой авеню, но тоже, в общем-то, характеристика его поездок практически по миру»
Вернувшись в Советский Союз, Александр Хамадан становится заместителем заведующего иностранного отдела газеты «Правда», а спустя время – заместителем ответственного редактора газеты «Новый мир». После начала Великой Отечественной войны публицист добровольцем пытается попасть в Красную Армию, но получает отказ из-за лёгочной болезни. Однако на фронте он всё же оказался, но не как боец, а в качестве корреспондента ТАСС и Радиокомитета.
ИРИНА АГИШЕВА, заведующая сектором Великой Отечественной войны Музея обороны Севастополя: «Он был и у партизан под Ленинградом, на московском направлении. Оттуда уже он отправлял в Тассовские известия свою информацию о том, что происходило на этих участках фронта и n-е количество таких листовок ТАСС у нас в музее тоже есть»
Своими глазами Александр Хамадан видел и севастопольские бастионы, защитников, отстаивающих город в годы Второй Обороны. Важно отметить, что советский журналист был приверженцем того, чтобы находиться в гуще событий и непременно видеть всё самостоятельно. Его книга «Севастопольцы. Записки военного корреспондента» стала первым изданием, рассказывавшим о Второй Обороне Севастополя.
ИРИНА АГИШЕВА, заведующая сектором Великой Отечественной войны Музея обороны Севастополя: «Одна характеристика – книга написана с мужественным оптимизмом. То есть, прекрасно понимая, что Севастополь может быть сдан, человек этот всё равно проявлял оптимизм в смысле нашей Победы в конечном итоге. К каждому печатному разделу этой книги были написаны рукописные фрагменты»
Несмотря на возможность покинуть Севастополь, Александр Хамадан остался в осаждённом городе, просто потому что не мог иначе. Историки особо отмечают ещё и то, как была отражена в его строках Вторая героическая Оборона. Не просто факт, а судьбы людей. В дни обороны Александр Хамадан писал о местной детворе: «Севастопольские мальчишки — особая порода. В убежища не идут. Их приходится вылавливать на улицах, стаскивать с крыш домов, с деревьев, снимать с грузовиков, уходящих на фронт».
ИРИНА АГИШЕВА, заведующая сектором Великой Отечественной войны Музея обороны Севастополя: «Он пишет там о командарме Иване Ефимовиче Петрове, об артиллеристе Богданове, об отце и сыне Ямщикова, пулемётчиках, о Насте Чаус, которая, потеряв руку, осталась в Севастополе. О людях, которые работали в спецкомбинатах»
В конце июня 1942 года на мысе Херсонес, будучи контуженным, Александр Хамадан попадает в плен. Даже находясь в лагере военнопленных «Лазарет», советский документалист оставался верен своему выбору, своей стране, своему долгу. Скрыв еврейское происхождение и представившись Михайловым, он спасал политработников, командиров и коммунистов.
ИРИНА АГИШЕВА, заведующая сектором Великой Отечественной войны Музея обороны Севастополя: «Но, к сожалению, он был выдан провокатором. Его, поскольку обострилась его лёгочное заболевание, то Шевалёв и Иванов хотели перевезти его в больницу, в отдельную камеру, но этого не случилось. Его отправили в тюремный лазарет, но в этом тюремном лазарете его могла посещать медсестра, участница обороны Севастополя Ольга Мараховская»
Именно ей Александр Хамадан передал свои часы, фотографии и записные книжки. Сегодня эти экземпляры хранятся в стенах Музея Обороны Севастополя. Но главное до сих пор читается меж строк в книге о нашем городе, о севастопольцах с большой буквы. Особенно ценно это творение сегодня, когда Севастополь вновь показывает свой несгибаемый дух.
ИРИНА АГИШЕВА, заведующая сектором Великой Отечественной войны Музея обороны Севастополя: «Натура его, она как бы укладывается в то, что сказал о военных журналистах поэт Александр Сурков:
«Твоя большая правда
Вела нас за собой,
Читатель твой и автор
ходили вместе в бой.»
Вот это самое главное. Человек писал о том, что он видел»
Доподлинно неизвестно от немецкого выстрела или яда, который успели передать Хамадану перед расстрелом, перестало биться сердце советского журналиста, публициста, гражданина и просто верного своему долгу и делу человека. Прожив недолгую жизнь, всего лишь 34 года, Александр Файнгар-Хамадан-Михайлов оставил своё имя на героических страницах нашего города, подписавшись собственной кровью.
Арина Сурнова, Дмитрий Фомин, «Севинформбюро»
